KAILASH CANG-HI

питомник Тибетских Мастифов CANG-HI

 
Verification: 188c4795c88120d7
User-agent: * Disallow: /*? Disallow: *.swf$ Disallow: *.js$ Disallow: /admin/ Disallow: /assets/ Disallow: /fonts/ Disallow: /images/previews/ Disallow: /images/sections/ Disallow: /images/modules/ Disallow: /modules/ Disallow: /slots/ Disallow: /xml/ Disallow: /m/

KAILASH CANG-HI

Тибетский Мастиф глазами истории.

Западные стандарты задают неверные рамки для этой многогранной породы

 

Автор Ричард Айкхорн

 

 

Когда дело касается тибетских мастифов, спор всегда заходит о трех вещах: размере, окрасе и различиях в типе. Мы остановимся на последнем пункте.

 

Приступая к рассмотрению этого сложнейшего вопроса, нам следует согласиться с тем, что тибетский мастиф является идеальным сочетанием мастифа и горной собаки. Это одновременно и полноценный мастиф и полноценная горная собака, и порой в нем сочетаются обе противоположности. Это и мастиф, который выполняет работу горной собаки, и горная собака, имеющая размер и тип мастифа. Это собака, соответствующая мастифу по своему внушительному размеру (согласно истории особи в высоту достигали от 86 до 91 см и имели массивный костяк) и типу (крупные складки, подвес, мигательная перепонка, брыли и широкая, глубокая, короткая и объемистая морда), которая эволюционировала и приспособилась к выживанию в наиболее суровом климате и местности, известной человеку как «Крыша мира». В результате получилось сбалансированное, мощное, содержательное и эффективное слияние горных пород с собакой, имеющей пропорции мастифа и самую длинную среди молоссов «львиную» шерсть.

 

Следует также принять, осознать и не забывать о влиянии культурных различий на породу, выведенную в целях стабильного выполнения возложенных на нее функций на родном Дальнем Востоке и вынужденную стремиться к форменному единообразию, чтобы соответствовать узким стандартам Запада. Справедливости ради стоит сказать, что если мы хотим оставаться верными тибетским ценностям и сохранить «истинную породу», то нам следует уважать заложенные в Тибете различия и не пытаться объединить их под общим названием «Тибетский мастиф». Наоборот, нам следует сохранить первоначальные различия в породе и ввести раздельные родословные книги, программы разведения и обозначения для разных пород/разновидностей. По крайней мере, следует организовывать отдельные открытые классы для определения лучшего среди подобных. Однако (пока что) дело обстоит совсем не так, что в результате приводит к путанному, противоречивому выбору часто заурядных победителей и селекционных решений.

 

Люди, занимающиеся разведением или судящие на выставках в Китае или Тибете, относятся к этим исконным ценностям и типам с уважением и разводят и судят их с разделением по типу, окрасу и шерсти. Среди них известны следующие разновидности: тигровый (мастифообразный) тип, львиный (горный) тип, снежный (белый) тип и даже бородатый тип («кай-апсо») (как бородатая колли). На Западе все отнюдь не так. Там стандарты AKC и FCI требуют единого идеала, чтобы все мастифы и горные собаки разных размеров и типов с грубой и гладкой шерстью самых различных окрасов соревновались за звание лучшего представителя породы.

Тип на типе на типе! Здесь трудно ошибиться в определении породы. Глубоко посаженные глаза, выраженный и свисающий подвес и вполне зрелая шерсть, насыщенная пигментом, жесткая, как тибетские зимы.

Наша обязанность как заводчиков и судей, во-первых, оставаться верными наследию той страны, откуда произошла порода, и не забывать о точке зрения тибетского народа независимо от существующей действительности и того, какой эталон на данный момент главнее. Как известно, стандарты могут и будут меняться в зависимости от мимолетных курсов, планов, тенденций в судействе и моды на отдельных собак, и в этих стандартах может по-разному рассматриваться подлинность и точность. К счастью, в нашем распоряжении есть огромное количество исторических документов.

 

 

Итак, как вернуться к истокам или, по крайней мере, найти формулу идеальной собаки? Это не всегда просто, учитывая смешение линий, типов и разновидностей, которые помогли спасти, восстановить и сохранить породу от исчезновения в 1950-ые годы во времена китайского вторжения и в ходе последующей оккупации Тибета. Однако велосипед изобретать не потребуется. Давайте отойдем от противоречий и разногласий и обратимся к неизменному, к основе, к нашему главному учителю: истории.

 

В 1963 г. знаменитый писатель и историк Роберт Эквалл, хорошо известный в мире тибетских мастифов, опубликовал в журнале свои наблюдения о породе под заголовком «Роль собаки в тибетском кочевом обществе». Его умение глубоко проникать в суть предмета дало нам редкую возможность увидеть страну и культуру, которая в то время была окутана тайной. Он подробно и точно описывает то, что является породой, разновидностью или наследственной чертой чистокровной собаки, а что не является таковым. Вот что он пишет:

 

Существует две разновидности или породы:

настоящий тибетский мастиф ЦАНГ-ХИ - нечто весьма редкое - и другая в равной степени свирепая и почти такая же по размерам помесь. В последней, несомненно, есть, помимо других черт, и некоторая доли крови мастифа. Мастифы, которых иногда называют «санг-хи» (собака Санг) или «цанг-хи» (собаки Цанг), - это то, что тибетцы называют «костяком». Для сохранения чистоты этой породы они прикладываются значительные усилия. Обладание такой собакой считается неким символом статуса. Ее очень трудно найти в продаже, а если и находится, то стоит, как правило, не дешевле хорошей скаковой лошади. У них характерная массивная морда, высокая куполообразная голова, отвислые губы, хорошо заметная краснота рядом с веком и крупные передние конечности, как у любого мастифа. Относительно длинный хвост с небольшим подвесом слегка закручен при ношении. По окрасу они обычно черные (для чистокровных это обязательно); на морде, шее и ногах шерсть с подпалыми концами; на горле и груди, как-правило, есть немного белого; и над каждым глазом - подпалое пятно, поэтому их прозвали «Миг-бчжи-цань» (четырехглазые). Что касается размера, то моя собака весила 72,5 кг. Их наиболее отличительной чертой является невероятно низкий глубокий лай, который скорее напоминает звук туманного горна, чем крик животного. 

Нечистопородные сторожевые собаки ДО-ХИ - которые гораздо более многочисленны, почти не уступают мастифам по размерам и проявляют такую же свирепость. Однако в их лае нет того подобия горна или звука, который отличает настоящего мастифа. По своему окрасу они гораздо разнообразнее: от сплошного черного до волчье-серого, а иногда и белого. Их шерстяной покров несколько длиннее, чем у мастифов. У них немного широкие и плоские головы с более заостренными мордами, а хвост с густым подвесом завернут за спину и плотно прижат к телу. 

 

Однако в жизни они в первую очередь используются как сторожевые собаки, и по сути дикие и настороженные. Их миссия, как говорят сами тибетцы, - «охранять богатство от хищников и воров», и для выполнения этой задачи они должны быть бдительными и свирепыми».

 

Из подробного отчета Эквалла, который сам держал тибетского мастифа, следует, что «существует две разновидности или породы». Это справедливо и сегодня.

Первая ЦАНГ-ХИ - это высоко ценимая, чистокровная и редкая собака, которая нечасто продается, дорого стоит, является символом статуса и известна как «санг-хи» («ЦАНГ-ХИ»). У нее крупная морда, куполообразная голова, отвислые губы, красная мигательная перепонка, массивная грудь, длинный и свободно висящий хвост с небольшим подвесом. Она имеет черно-подпалый окрас с белыми отметинами на груди и шее, весит 70 кг и обладает характерным низким, глубоким лаем, напоминающим звук «медного гонга». Это совпадает с описанием, опубликованным в зимнем выпуске журнала Modern Molosser за 2009-2010 г., которое дал знаменитой «цанг-хи», по-прежнему высоко ценимой, оберегаемой и защищаемой в Тибете породе, господин Луо Го, специалист по тибетским мастифам, бывший мэра г. Лхасы. 

Глядя на эту старую фотографию, легко представить, как такая превосходная чистокровная особь могла побудить историков написать о «внушительном размере», «массивном костяке и передних конечностях», «широком заднем черепе» и «широкой, объемистой морде» - все признаки соответствия настоящей породе.

Если говорить о точности представленных историками сведений, то в качестве дополнительного подтверждения можно сказать, что собаки и сегодня демонстрируют «крупные складки и сильно отвислые губы», и это наглядно свидетельствует о правоте этих старинных описаний.

Вторую разновидность ДО-ХИ или классификационную группу Эквалл описывает как «помесь», сопоставимую по размерам и темпераменту с цанг-хи, более многочисленную (распространенную) с различной долей крови мастифа (цанг-хи). У этих собак нет характерного глубокого лая, напоминающего туманный горн; их окрас гораздо разнообразнее: встречаются, в том числе черные, серо-голубые, даже белые особи с более длинной шерстью; у них более широкие (плоские) головы, более утонченные (заостренные) морды и более высоко посаженный закрученный хвост. Это описание также совпадает с тем, что говорил мэр про другие разновидности, некоторые из которых используются в сегодняшних программах племенного разведения. 

 

В заметках других известных историков отмечается та же самая двойственность в рамках одной породы. В китайских летописях династии Хан (142-87 гг. до н.э.) говорится, что тибетские собаки были «размером с осла» (то же указал Марко Поло в 13 веке) и встречались «рыжего окраса». В 1842 г. натуралист Брайан Хьютон Ходжсон при описании породы отметил, что «существует несколько разновидностей», и среди окрасов указал «черный, черно-подпалый или рыжий с разным количеством белого. У некоторых сзади имеется пятый палец (редкий прибылой палец)», что было достойно упоминания в 1868 г. в книге Чарльза Дарвина «The Variation of Animals and Plants under Domestication» (Изменение животных и растений в домашнем состоянии) и документально подтверждено иллюстрацией Ходжсона «Tibetan Mastiffs, 5-clawed and 4-clawed variety» (Тибетские мастифы, 5-палая и 4-палая разновидность), опубликованной в книге «Dogs of the last hundred years at the British Museum (Natural History)» (Собаки последнего столетия в Британском музее естественной истории). Ходжсон говорит о двух разновидностях: «разновидность из Лхасы - это самая красивая разновидность. Она почти всегда черная с подпалинами на ногах и имеет пятый или ложный палец на передних и задних ногах» и «разновидность «Мустанг» гораздо менее крупная, имеет ярко рыжий окрас, маленькие глаза; у нее нет редких пятых пальцев».

В 1845 г. Вильям Мартин написал в своей статье «The History of the Dog» (История собаки), опубликованной в сборнике «Knight’s Weekly Volume», что «тибетский мастиф по размерам превышает английского мастифа, у него более опущенное выражение морды из-за кожи на бровях, которая образует глубокие складки, идущие по краям морды, и из-за толстых сильно отвислых губ. Эти большие собаки используются для охраны на плоскогорье в Гималаях рядом с Тибетом. Тело покрыто жестким волосом с черным окрасом, переходящим в желтые или рыжевато-коричневые оттенки на конечностях, над глазами и на морде; хвост завернут за спину и на нем имеется густой шерстяной подвес». В 1891 г. немецкий ученый и специалист по собакам, профессор Леопольд Фитцингер так описал тибетского мастифа: «Canis molossus tibetanus.

 

Эта порода также является чистокровной разновидностью молоссов, чьи уникальные характеристики являются результатом избирательных адаптаций к географической среде и климатическим влияниям. Даже самые крупные особи традиционных разновидностей европейского мастифа не достигают размеров тибетского мастифа, - пишет ученый. - Голова больше, задняя часть головы более выраженная… морда шире и более тупая… губы длиннее и, следовательно, сильнее отвисают. Кожа в районе скул меньше прилегает к телу, уши длиннее и более округленные, глаза немного меньше. Аристотель считал тибетского мастифа помесью, получившейся в результате скрещивания домашней собаки и тигра».

 

Макс Сибер, автор книги «Der Tibethund» (Собака Тибета, 1897 г.), зафиксировал многочисленные факты, найденные различными писателями, исследователями и историками. «Окрас тибетского мастифа варьируется от черного до светло-золотисто-коричневого или рыжего, но большинство из них черные с ржавыми отметинами» (граф Бэла Сечении, 1879 г.); «Один метр двадцать сантиметров в длину от кончика носа до начала хвоста.

 

Высота в холке составляет восемьдесят шесть сантиметров» (Гилл, 1880 г.); «Губы сильно отвислые… на маске глубокие складки… глубоко посаженные налитые кровью глаза… сплошной черный окрас… отдельные особи коричневого и волчье-серого окраса; у последних обычно черные маски и черные концы остевого волоса... гигант, воистину Голиаф среди собачьих пород, рядом с которым даже английские мастифы, сенбернары и ньюфаундленды покажутся маленькими» (Дж. А. Петерсен, 1895 г.).

 

«Однако окрас шерсти значительно различается ... черный... черный с ржаво-рыжими... ржаво-коричневыми, светло-коричневыми или золотисто-рыжими отметинами... у других - коричневый с желтыми отметинами (шоколадно-подпалый), - писал сам Зибер. - ...кроме того, некоторые имеют желтовато-коричневый или темно рыжий окрас... У других окрас темный с черным седлом... Голова у тибетского мастифа непропорциональная ... Губы тибетского мастифа отвислые. Глаза глубоко посажены, конъюнктивы налиты кровью ... (редкие) прибыльные пальцы ... они есть у всех тибетских мастифов».

Собака, которая могла бы послужить источником вдохновения для писателей и художников минувших дней и использоваться в сегодняшних программах племенного разведения. Неподвластный времени, классический тип, окрас и отметины.

В 1900 г. преподобный Буш поделился своими наблюдениям и выводами о разновидности мастифов «цанг-хи». Он пишет: «Есть очень много посредственных особей, однако огромную собаку с массивной головой, округлым черепом, расслабленно висящими губами, маленькими темными глазами с хорошо заметной мигательной перепонкой, большим количеством складок, почти неизменно черного окраса с подпалыми точками, как правило, можно найти только в больших монастырях или рядом с владениями богатых тибетцев».

 

Это была не та худощавая, кочевая горная собака с более утонченными чертами, которую сегодня некоторые выдвигают на роль идеала, и которую преподобный Буш относил к «посредственным особям». Речь идет о высоко ценимой разновидности, имеющей тип и размер мастифа, которую держали исключительно в монастырях или при домах богачей. Схожее описание было дано иллюстратором собак и писателем Ричардом Стребелом в 1905 г. «Тибетцы признают две разновидности: грубую и гладкую, однако больше ценят грубую, - писал он. - Поскольку эти две разновидности не являются разными породами, они похожи друг на друга во всех отношениях, кроме шерсти...

 

Два разных типа: одно более легкое животное, другое гораздо более тяжелое с массивным костяком и складками на морде… Только собака легкого типа могла бежать наравне с лошадями. Тяжелый тип просто не смог был разогнаться до скорости лошади, однако использовался в охоте на львов и медведей».

 

«Дело в том, что более легкое животное – это естественный, изначальный тип, - заключает он, - а более тяжелое, крупное животное - это специально выведенная разновидность». В 1986 г. страстный поклонник тибетских мастифов и один из основателей клуба-родоначальника Дональд Мессершмидт рассказал, что во время своей остановки в Непале он имел возможность пообщаться с одной тибетской семьей. Впоследствии он достаточно хорошо описал различия между «до-хи» (горным охранником скота) и «цанг-хи» (мастифообразным охранником храмов): «”Хи” (собака) или тибетский мастиф (известный также под именем «Бхотия») – это хорошо знакомая нам собака, используемая для охраны стад и домашнего скота, которую держат кочевые пастухи «дрог-па» на западе Тибета и пастухи в Гималайских районах.

 

Эта собака славится своими бойцовскими качествами, способна дать отпор волкам и другим хищникам. Ночью она ходит вокруг стада яков или овец, у нее хороший, глубокий лай. У собаки очень хороший нюх, который на тибетском называется «цзы нобо»; она хорошая ищейка. Она также приспособлена к холодной и ветреной погоде. Шерсть не слишком длинная, у нее хорошая крепкая голова и корпус и пушистый хвост, завернутый на спину. В общем, полное отражение нашего представления о том, какими являются превосходные тибетские мастифы (охранники скота).

 

По словам моих друзей, лучшие окрасы у черных собак с рыжевато-коричневым оттенком и двумя точками над глазами или у полностью черных собак с белой звездой на груди». Мессершмидт продолжает рассказывать о разновидностях мастифа: «”ЦАНГ-ХИ” (лучшая собака) иногда называют «до-хи» (привязанная собака). По сравнению с обычной ХИ (тибетским мастифом), описанной выше, взрослая ЦАНГ-ХИ встречается редко. ЦАНГ-ХИ – это в первую очередь сторожевая собака, которую, как правило, привязывают у ворот монастырей и огороженных сельскохозяйственных территорий.

 

Тибетцы про нее говорят «большая голова, большие уши, большая пасть (челюсти) и большой лай», однако мои друзья сразу заметили, что для бега такая собака не подходит, у нее узкие и плохо поставленные задние конечности. ЦАНГ-ХИ известна своим свирепым лаем, особенно ночью». Многие перечисленные историки, такие как Зибер, Петерсен, Мартин, Буш, Стребел и Эквалл, наш современник Мессершмидт и другие, приводят схожие документальные факты и описания «цанг-хи» (мастифообразной, долинно-плоскогорной разновидности (породы)), используя такие термины, как «крупный… массивный костяк…», «очень большая собака», «массивные, БОЛЬШИЕ куполообразные головы», «большие уши», «мастиф с чрезвычайно большим количеством складок «с большой пастью (челюстью)», упоминая о строении, пригодном для неподвижной, ночной охраны, «не созданы для движения… эта собака не подходит для бега», предпочитаемых видах окраса и том факте, что особая, мастифообразная разновидность является редкой «дорогой и целенаправленно разводимой», в отличие от другой разновидности, которую они называют «посредственными особями, помесями» и «более легким… естественным, изначальным типом» - все это одна колоссальная собака, чрезвычайно соответствующая мастифу.

Как эту историю можно применить сегодня или перенести на наследие «тибетского мастифа»? Вокруг «породы» не утихают споры, мировые стандарты задают различные, а иногда и противоречащие другу требования, сообщество разделилось на несколько противоположных лагерей, отстаивающих и защищающих различные типы (породы).

 

Сторонники «цанг-хи» (мастифов долинного, плоскогорного типа) «целенаправленно выведенной» разновидности (породы), живущей при монастырях и домах богатых людей, наотрез отказываются принимать и даже оскорбляются идей вести общую родословную книгу и делить ринг со сторонниками «до-хи» (горной собаки для охраны скота, львиного типа) и их кочевническим «естественным, изначальным типом». Тем не менее, на данный момент этим двум разновидностям (породам) приходится существовать под общим названием.

Прекрасный образец цанг-хи (мастифообразной разновидности) является плохим образцом для горной разновидности (породы), и наоборот. Если им приходится соревноваться на одном ринге, судьи либо показывают свою лояльность к тому или другому типу (разновидности), либо неуверенно ищут компромиссный вариант, в котором лучше всего сочетаются черты обоих.

 

Для ясности представьте себе судью, которому нужно выбрать из лучшего сенбернара и лучшего аляскинского маламута одного лучшего представителя породы, при этом обе породы вписывались бы в рамки стандарта. Или судью, которому нужно определить одного лучшего представителя породы на ринге, где находятся кувас, пиренейская горная собака, подгалянская овчарка и мареммо-абруццкая овчарка - все представлены рамках одного стандарта.

 

Вероятно, это все равно что пытаться найти нечто среднее между атлетичной кане корсо и неподвижным неаполитанским мастифом или разрешить непрекращающийся спор об американской аките, по прежнему соревнующейся и используемой в разведении с ввезенным, утонченным и менее крупным японским типом.

 

Добро пожаловать в большой и прекрасный мир «Тибетских мастифов»! Одно можно сказать наверняка: тибетский народ признавал и разводил по меньшей мере две разные породы (разновидности), которые нужно отдельно сохранять и ценить. И если между этими разновидностями вдруг возникнет спор о первородстве, то все необходимые ответы найдутся в истории.

 

В итоге получается, что никто никогда не придет к единому мнению о том, что представляет собой чистая порода, если ей приходится делить одно имя, родословную книгу и ринг с самыми отдаленными гималайскими разновидностями и подвидами с «некоторой долей крови мастифа».

 

Для тех из нас, кто любит и отстаивает чистокровных собак и их многочисленные породные различия, собаководство должно являться осторожным, тщательно планируемым и целенаправленным разведением в целях сохранения первозданного типа, добротности, темперамента и здоровья.

 

Наша обязанность и долг как судей заключается в том, чтобы находить и поощрять тех заводчиков, которые смогли обеспечить соответствие с точки зрения сегодняшнего стандарта и не забыли о тибетском понимании исконной породы. Что касается темперамента, учтите, что правильный тибетский мастиф скорее останется охранять дом, чем позволит незнакомому человеку подходить близко и рассматривать его на ринге.

 

Помните о необходимом балансе между размером, костяком, массой и добротностью, ее движения должны быть мощные и размеренные, и в первую очередь уделяйте внимание чертам, характерным для мастифа, сдержанным, твердым, величественным манерам, словно собака готова устраивать приемы при своем дворе, где вы будете лишь простым зрителем.

Яндекс.Метрика
Free counters!